Simbiosis. Глава 48.

Ино стоял у окна своего кабинета, лениво прокручивая в голове утреннюю пресс-конференцию с участием венерианцев посвященную «событию уходящего года», то есть подписанию-таки этого долбанного договора о торговом сотрудничестве между корпорацией «Семион-1» и союзом торговых компаний Центра Венеры.

Сделка века… Плюнуть и забыть. Лично для него – это была не проходящая головная боль после многочасовых вежливых политических препирательств с послом Ута Вайори. Многочисленных многочасовых препирательств. Кстати, этот засранец сегодня утром выглядел вполне довольным. Довольной выглядела и госпожа Си, которая вдруг после четырех месяцев молчания решила явить свою голографическую высокомерную задницу на официальное мероприятие, нацепив на грудь, скромный бэйджик управляющей Пси-центра «Синтагма», и притащив с собой Аэна с его непроницаемой рожей…

Короче, компания подобралась что надо. Пресса была довольна. Она задавала вопросы и щелкала фотоаппаратами то госпожу Си, то его, то Аэна, то венерианцев.

Теперь только осталось пережить церемонию прощания с послом Венеры, назначенную на вечер в виде официального приема в здании Посольства, и можно будет продолжать жить дальше. Он бы с удовольствием не пошел на эту тягомотину, но господин Ута Вайори так просил… И Система, поймав его в коридоре после пресс-конференции, «невзначай» намекнула на то, как она лично будет довольна, если он «закрепит свою блестящую работу не менее блестящей точкой». В переводе на человеческий язык это означало «только попробуйте не явиться на прием, господин Ари…».

Ладно, явится он. Так уж и быть. И Тано с собой захватит. Уж он-то сможет его развлечь где-нибудь, улучив минутку. Его рыжий звереныш…

«А может быть не ждать вечера, а начать прямо сейчас?» — мысль была не плохая и вполне осуществимая, поскольку до вечера иных деловых встреч назначено у него не было.

Ино уже шагнул к столу с намерением позвонить и вызвать Тано к себе, как дверь кабинета вдруг распахнулась и на пороге появился Аэн.

Ино замер от неожиданности, так и не дотянувшись до трубки. Потом почувствовал, что застыл в нелепой позе, и резко выпрямился.

— Что вам угодно, господин Лин? — тоном более чем прохладным произнес он, посмотрев на Советника чуть прищуренным взглядом.

Аэн вопреки обыкновению не принял уже ставшей привычной между ними игры «кто-кого» и молча вошел в кабинет, закрывая за собой дверь. И это была вторая странность. Первая странность заключалась в самом факте его прихода.

Ино так привык к тому, что обычно он отвечал на его колкости немедленно и не менее ледяным тоном, что на какую-то секунду напрягся.

В наступившей тишине Аэн подошел к нему и молча положил перед ним на стол черный квадрат информационного диска.

Сначала Ино подумал, что это тот самый диск, который он оставил у него в видео-магнитофоне. Но Аэн всё-таки поднял на него свои глаза, и он вдруг почувствовал, что ошибается…

— Ино, этот диск отдал мне Эйк перед тем как лечь в больницу, где он умер неделю назад. Я хочу, чтобы ты его забрал у меня.

Ино не мог понять, что происходит, но первое что почувствовал, когда Аэн посмотрел на него, так это невозможность отвести свой взгляд в сторону. Синие глаза вдруг приковали к себе всё его внимание с чудовищной силой. Даже известие о смерти Нэимо не смогло сравниться по силе воздействия на него с этим вдруг случившимся фактом. И ещё странное ощущение, что этот новый взгляд Советника как-то связан с легшим перед ним диском.

— Почему я должен забрать его? — Ино постарался, чтобы его голос прозвучал хотя бы равнодушно. Не выдавать же своего необъяснимого ступора, тем более что еще не понятно, какого черта эти синие глаза так смотрят на него, что хочется в них утонуть совсем.

— Потому что…

Ино внутренне чертыхнулся. Определенно происходит что-то новенькое, он никогда не видел у Аэна таких глаз.

Аэн на несколько секунд замолчал, словно забыл заранее приготовленный ответ и теперь пытался его вспомнить. Потом скользнул взглядом в сторону. И совершенно неосознанно вдруг прикусил нижнюю губу. Знак отчаянно подавленного сильного волнения.

Ино внутренне содрогнулся вопреки собственному правилу вообще не содрогаться в своей жизни при виде чужого волнения.

— Да что с тобой? Что на этом диске-то? — быстро с раздражением спросил он, а про себя подумал: «А со мной-то что в связи с этим, интересно???»

— Я не знаю, как это назвать, потому что официальное название тому, что на нём записано, не соответствует сути содержания совершенно, — словно очнувшись, так же быстро ответил Аэн, снова впиваясь в его глаза своим странным взглядом, — Забери его у меня просто, я тебя прошу. Ты должен его просмотреть. Должен ли был смотреть его я… Этого я не знаю. Может быть, не должен был. Забери его, в общем, — последние слова он выдохнул уже с откровенным волнением.

— Ладно. Что-нибудь ещё?

Ино с удивлением почувствовал, что, глядя на Советника, сам начинает заражаться его состоянием, к которому примешивается чувство смутной тревоги. Подобная вдруг обнаружившаяся восприимчивость к чужим эмоциям его едва не взбесила.

Аэн в ответ отрицательно качнул головой, хотя в его глазах на мгновение отразилось это невысказанное «ещё»: что-то во взволнованной синей глубине вздрогнуло и отчаянно рванулось наружу. Но в слова не облеклось.

Всё-таки промолчал, развернулся и ушел.

С мягким щелчком закрылась за ним дверь.

Ино еще несколько минут просто стоял, растерянно глядя на эту дверь. Потом он перевел взгляд на диск на столе. Что же там такого, в самом деле, отчего невозмутимого Советника перекосило-то так? То, что взволнованный Аэн был взволнован исключительно содержимым диска, Ино не сомневался.

Что-то поразило его настолько сильно, что он в кои-то веки не захотел играть с ним в «кто-кого»… Прибежал, наговорил какого-то бреда, всучил ему этот диск и убежал…

— Чёрт бы тебя побрал… — пробормотал Ино.

Взял со стола диск и вышел из кабинета.

Чтобы просмотреть этот диск, ему требовалось оборудование виртуального считывания информации. В здании корпорации оно находилось в его апартаментах для отдыха.

***

Он, конечно, был способен предчувствовать наступление неприятных моментов в своей жизни в условиях отсутствия каких-либо явных признаков их скорого наступления. Например, как в данной ситуации.

Но именно в данной ситуации это умение ему почему-то решило отказать и устроить «сюрприз». А может быть оно и сработало, но впечатление от визита Аэна оказалось просто сильней и утопило его робкие сигналы в себе. И ещё он до сих пор старался унять собственное волнение, которым тот его каким-то образом смог заразить.

Вот поэтому, когда Ино, расположившись в кресле, вставив диск в машину и активировав программу воспроизведения файла, машинально надел на голову виртуальный шлем, первое, что он почувствовал, когда перед глазами развернулась картинка, это что-то сильно похожее на удар под дых.

Так отреагировал его организм на то, что стали показывать его глазам.

Резкий, неожиданный, чудовищной силы и жестокости удар по нервам… Удар, от которого в чёрной глубине памяти вдруг заворочалась громада боли, преданной насильственному забвению много лет назад.  Первые же кадры файла вцепились в неё и стали выволакивать её из этой чёрной глубины на свет…

Дальше смотреть было не обязательно. И даже крайне нежелательно.

Просто – «нельзя»…

И если бы не комментарий, который вдруг возник после первого эпизода, Ино бы просто сорвал с головы проклятый шлем, потом нашел бы Аэна и вынул бы из него душу, чтобы узнать, КАК Нэимо получил доступ к ЭТОЙ информации.

Но комментарий, начавшийся словами «Выявленная предрасположенность к эмоциональной зависимости ставит под угрозу функциональную эффективность единицы в будущем» и закончившийся словами «…Обучение единицы эмоциональной невосприимчивости методом наложения на потребность единицы в эмоциональном взаимодействии с себе подобными блока-страха-боли»…

Комментарий, которого НЕ БЫЛО в действительности пять лет назад, толкнул его в спинку кресла, приказывая сидеть и смотреть дальше, как бы больно ему не было.

И следующие три часа Ино просидел в кресле аппарата, чувствуя себя приговоренным к смерти, которого посадили на электрический стул, нажали на кнопку и… тут случился перебой в подачи электроэнергии. Наверное, приговоренный так же мучился желанием жизни все эти три часа, пока устраняли неполадки, как и он желанием очнуться, пока просматривал картинки из собственного прошлого и особенно комментарии Системы к каждому его эпизоду.

То, что в его страданиях пятилетней давности были, оказывается, эти «эпизоды», стало для него самым ужасным из всех ужасных открытий, которыми оказался начинен этот чертов диск…

Когда же пытка комментариями и картинками наконец кончилась, Ино несколько минут просто сидел в кибернетической пустоте, пока не догадался стащить с головы шлем.

Шлем он бросил на пол. Нет, не бросил… Он просто выпал из его разжавшихся пальцев.

Потом искусственное освещение ударило его по глазам и без того избитым увиденным. Он зажмурился и закрыл лицо руками.

Мозг был тяжелым, он стал клонить голову вниз к коленям. И от этой тяжести стало больно до слёз… Или больно стало потому что новая информация, запутавшись в тонкой паутине привычной старой схемы объяснения случившегося в прошлом и заодно всего принципа его жизни, стала устраиваться в новом месте, неуклюже ворочаясь в чужой тесноте, разрывая и ломая рисунок этой паутины…

Влага обожгла ладони и потекла по лицу. Он не плакал вот уже пять лет. Урок, оказавшийся просто выправлением одного из «изъянов» его характера, запрещал избавлять себя от боли таким простым способом, он учил другому – использовать эту боль в качестве стимула на пути к цели. А целью всегда было желание наступить миру ногой на его глотку. Как он однажды наступил на глотку ему.

И вот теперь он просто плакал… Потому что этот Мир, догнав его, снова ударил. Ещё больней первого раза. Швырнул на колени и рассмеялся ему в лицо внезапно открывшимся смыслом, точнее отсутствием всякого смысла, его единственной в жизни «настоящей трагедии». И швырнул он его той рукой, от которой он меньше всего хотел этого.

Интересно, неужели Нэимо согласился добыть эту информацию из базы Системы за обещание Аэна переспать с ним?

«Видимо так оно и было… Интересно, он знал, что заплатит за это всё жизнью? Знал ведь наверняка, что наша кибернетическая сучка просто так ни черта никому не позволяет брать из себя… Знал же. И всё равно пошел на это… Что ради того, чтобы трахнуть этого психрофила можно и подохнуть?»

Мысль заставила Ино скрипнуть зубами и разозлила. Бессильно разозлила. Но и отрезвила, прекратив поток слез. Помогла вытащить себя из болота боли, старой и новой.

Он выпрямился в кресле и вспомнил о том, что вечером обязательно увидит своего Советника на приеме у посла венериан. Там он его и «поблагодарит» за «подарочек».

А потом придумает какой-нибудь особо проникновенный вариант «благодарности» госпоже Си… Выразит ей своё запредельное восхищение оригинальностью хода её креативной мысли касательно давних аспектов его воспитания. А что ещё делать с обломками бывшей модели его личной Вселенной? Ничего, кроме как собрать их в горсть и вместе со словами «большое спасибо» запихать их в глотку породившего их мастера… Мастерицы. Это было самой глупой и самой неосуществимой целью из всех, что когда-либо приходили в его голову. Насчет Системы. Но и самой желанной на данный момент.

Ино ухватился за эту цель просто потому что кроме неё спасать себя в данный момент своей жизни от боли было больше нечем. А он привык себя спасать…

Всю жизнь спасал, защищал… «любил». Всё ради того, чтобы в груди никогда больше не болело то, чему досталось в детстве. А чтобы не болело, надо делать вид, что у него нет того, что болит, или что то, что болит – не его. Не очень хитро придумано, но работает. Почти… Просто сейчас всё не справляется. Но это только сейчас, вечером он возьмёт с собой Тано и будет намного легче.

Ино усилием воли заставил себя остановиться на этой установке. А через секунду сотовый в кармане заиграл мелодию вызова.

Звонил Тано по рабочим вопросам.

Ино с трудом сдержался, чтобы не ввергнуть его в шоковое состояние, сказав вместо обычного «Да. Что у тебя?» что-то типа «А! Чёрт, ты не представляешь, как нужен был мне сейчас твой звонок!»

— Да. Что у тебя?

— Ино, как ты и говорил, претензии поставщика не имеют под собой юридического обоснования. В договоре действительно не предусмотрена экспертиза. Теперь, когда мы нашли-таки это чёртово соглашение, они разумеется выйдут с предложением о пересмотре условий.

— Хорошо. Теперь у нас есть время – ищи альтернативного поставщика, согласного на наши условия, нам нужны аргументы при переговорах.

Говоря это, Ино чувствовал, как «приходит в порядок то, что минуту назад казалось сломанным»… Главное, чтобы ни он, ни Тано сейчас не замолкали.

— Уже ищу, — Тано, кажется, улыбнулся.

Ино улыбнулся в ответ:

— Хорошо… Кстати, я беру тебя с собой вечером. Надеюсь, ты будешь вести себя не прилично…

В трубке раздался уже откровенный смешок.

— Обещаю местами вести себя даже очень не прилично, — голос рыжего заметно изменился, в соответствующую сторону.

— Ловлю на слове, звереныш…

И Ино оборвал разговор.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.