Simbiosis. Глава 5.

Среди снэтчеров Сити Нэимо носил прозвище «Дёрганный» вовсе не из-за хронического нервного тика правого глаза (попробовал бы кто-нибудь высмеять его за это… заработал бы себе точно такой же недуг…).

Просто Нэимо был патологически осторожен. Во всём. Особенно в делах. Ни одна операция, ни одна сделка при его участии не обходилась без предварительных тщательных обдумываний. Взвешиваний всех «за» и «против». Оценки возможных рисков при различных вариантах развития событий.

Иногда такой вот «подготовительный этап» длился неделю. Реже – полторы. В течение него партнёры обычно капитально исходили на говно, изнывая от вынужденного бездействия, периодически срывались, не выдерживали, лезли к Нэимо с «просьбами» «кончать дёргаться и дать, твою мать, наконец, отмашку». Забавно, что при этом дёргались-то как раз они. А он всего лишь перестраховывался, цедил сквозь зубы презрительное: «Придурки…» и продолжал делать то, что делал.

Зато когда дело запускалось, все могли быть уверены – вероятность возникновения в процессе косяков сведена к нулю. И никогда не говорили ему за это «спасибо». Правда и не ругали, что тоже было очень мило с их стороны.

И брали его в компаньоны снова и снова. Потому что какой дурак не захочет, чтобы всё прошло без сучка и без задоринки? Никакой. По крайней мере, на Чёрном Рынке Сити такие идиоты если и заводились, то не выживали. А НЕ идиоты только презрительно хмыкали распространённому среди законопослушных марсиан мнению, что снэтчеры – это такие рисковые отморозки. Какие, к чёрту, отморозки?! Просто вынуждены ради перспективы сверхприбыли мириться с такой специфической составляющей их «бизнеса» как риск. С очень неприятной, между прочим, составляющей…

Не любили, в общем, снэтчеры рисковать. И поэтому очень любили Нэимо. Выли от его методов работы, конечно, но всё равно любили.

«Дёрганный – партнёр что надо!» – говорили они, уверенные, что такие понятия как «риск» и «Нэимо» не совместимы.

И только один Нэимо знал, КАК они все ошибались…

РИСК и НЭИМО были не то слово совместимы. Практически в сознании самого Нэимо они давно уже стали синонимами. Просто он умел держать себя в руках. И чем труднее это было сделать, тем крепче становилась его хватка. Было в этом, конечно, что-то от мазохизма, и в любом случае то наслаждение, которое Нэимо испытывал всякий раз, перекрывая своей дикой «адреналиновой голодухе» кислород, было не здоровым.

И Нэимо это знал. Он знал, что он – псих. И знал, что кроме него об этом не знает никто. И ему это нравилось…

Нет, он точно был психом.

Только псих может почувствовать почти оргазм от ощущения упирающегося ему в основание черепа, в выемку между мышцами на шее, прохладного дула пистолета.

А он чувствует. Значит он – псих… Впрочем, тот в чьей руке сейчас торчит этот пистолет – псих не меньший. Так что скорее всего, они ОПЯТЬ договорятся и в него «не кончат» и его «почти оргазм» так и останется этим «почти». А жаль…

«Вот что значит секса давно не было» – невольно хмыкнул про себя Нэимо, лениво анализируя ассоциативный ряд: «пистолет – член – почти оргазм – выстрел – эякуляция – смерть – оргазм». Но он, кончено, знал, дело не в недотрахе. Никакой трах не сравниться с ощущением, что твоя жизнь висит на волоске. Волосок обрывается и… тю-тю… От подобных мыслей Нэимо всегда становилось удивительно приятно и хорошо (психом он был, ПСИХОМ!). Почти так же хорошо как сейчас…

И когда дуло вдруг в странном ласкающем движении плавно скользнуло вниз к выпирающему под кожей позвонку, а потом обратно вверх, раздвигая короткие крашенные зелёные пряди волос, он не удержался и прикрыл глаза, сильно закусив нижнюю губу.

«Бля-я-ядь… Сволочь, чтоб тебя! Совесть имей… щас же кончу…»

«Сволочь» совести по всей видимости не имела вовсе, потому что дуло, достигнув затылка Нэимо, всё так же интимно поползло вниз… Вниз… Между лопаток… Вдоль позвоночника… К пояснице… Остановилось оно между ягодиц, как раз напротив ануса.

Замерло.

И тут же Нэимо почувствовал прикосновение горячего дыхания к своему левому уху, и сквозь гул крови едва разобрал приглушенный вкрадчивый шепот:

—  Нравится?

«Знаешь ведь, что нравится, гад…» – ухмыльнулся одними губами снэтчер, чувствуя уже откровенное совершенно сумасшедшее желание… Губу пришлось прикусить уже до крови.

«Гад… гад… гад…»

— Нэимо, я не помню, говорил ли я тебе, какой ты всё-таки извращенец…

Вопросительное мурлыканье сопровождалось лёгким дразнящим укусом в мочку уха. Нэимо судорожно втянул сквозь зубы воздух: «ГАД…». А вслух огрызнулся:

— На себя посмотри!

В ответ смешок и… дуло чуть сильнее надавило на ткань джинсов.

«Вот сейчас ТОЧНО кончу…»

— Говорил, значит… Хорошо… А говорил ли я тебе какой ты ЖАДНЫЙ извращенец? А?

Тут Нэимо даже не стал давить усмешку. Прыснул от неожиданности в открытую. Чёрт… Узнал-таки, засранец! Ну, гад! Непонятно только чего тянул с разборкой. Неделя уже точно прошла…

— Что, десяти процентов показалось маловато? — губы у уха сочувственно искривились, — Решил ещё пятнадцать прикарманить? А говорил, что я – щедрый…

— Ты, что, обиделся, Ари? — фыркнул Нэимо в ответ.

— Угу…

И ухоженные пальцы стоящего за спиной Консула скользнули по талии снэтчера и легли ему на пряжку.

Стали вытягивать из неё ремень… А губы у уха не переставали шептать:

— Ты меня хотел обмануть, Нэимо. И за это я очень хочу отстрелить тебе сейчас твою задницу… Даже не знаю, умрёшь ты от этого или нет… Сам как считаешь?

— Умру, наверное, — совершенно серьёзно отозвался Нэимо, вздрагивая от обжигающих прикосновений пальцев Ино к коже живота (ладонь Консула, ослабив ремень, скользнула внутрь джинсов), и не удержавшись, добавил, — Впрочем трудно утверждать наверняка. Давай проверим?

И тут же прикусил язык. Чёрт, он ведь знает о его маленькой слабости… Знает, КАК он этого хочет… И, зная, угрожает ему ЭТИМ?

Тут что-то не так…

Рука в джинсах тем временем уже скользила по члену, вставшему ещё от ощущения упирающегося в затылок дула.

— Уверен? — насмешливо-издевательские нотки в шепоте заставили его напрячься. И уже не от приятных мыслей. А от неприятных и пока смутных догадок…

Например, с чего он взял, что у Консула в руке обычный пистолет.

— Что напрягся? Да, это, Нэимо, не пистолет, — Ино прекрасно знал, о чём мог подумать сейчас снэтчер, он вообще успел хорошо его изучить, — Это нейро-парализатор… Да… Правильно подумал. Никакого тебе от него кайфа не будет. Никакой тебе от него вожделенной лёгкой смерти не светит… Никакой вообще смерти тебе от него не светит. Только паралич нижней части тела на всю оставшуюся жизнь, — рука оставила его член в покое, потянула ремень, джинсы упали, — Ну что? Всё ещё предлагаешь «проверить»?

Ну и кто после этого из них двоих псих?

Нэимо чуть скривил рот: «Оба»

Он вытянул руки, опираясь ладонями о сейф, у которого его поймал и до сих пор удерживал Ино. Опустил голову и постарался спокойно выдохнуть:

— Нет.

— А что предлагаешь?

— Предлагаю помириться.

Нэимо знал, что за его спиной Ино удовлетворённо улыбнулся. Он знал, что Консулу нравиться его умение сохранять хладнокровие с ЛЮБОЙ ситуации.

Даже в такой.

— Заманчивое предложение… Но… как?

— Как-как! Раком!

Ино фыркнул от неожиданности:

— Так тоже можно… Я вообще очень сговорчивый… А ещё?

Издевается… Ну-ну… Впрочем, он, Нэимо, тоже молодец. «Раком»! Огрызнулся, называется… Ха-х…

— Да отдам я тебе эти чёртовы пятнадцать процентов! Отдам!

— Пятнадцать? Ну не-е-ет… Двадцать, Нэимо.

— Двадцать?  Да ты борзеешь на глазах!

— Сколько себя помню, всегда таким был. К тому же, Нэимо, имею я право на пятипроцентную компенсацию морального ущерба нанесённого мне фактом твоего предательства?

Нэимо не знал, что сейчас лучше: выматериться на него от души или от души же посмеяться над собой. Наварился, блин! Самого же и обокрали… Впрочем, чего он ожидал? Консул Марса Ино Ари – гад. А гад… он гад и есть!

— Ладно… имеешь ты право, имеешь… Хрен с тобой… Убери уже пушку – очко замёрзло!

Дуло парализатора послушно отлепилось от тела.

— Ну вот, другое дело! Теперь, пожалуй, я согласен мириться и «раком».

Против последнего Нэимо, в принципе, не возражал. Всё-таки Ино удалось здорово завести его, когда он ещё думал, что по спине гуляет дуло обыкновенной пушки. Хотя про «рака» он ляпнул совсем не в том смысле, в котором захотел услышать Консул. Просто ляпнул… Эх, может объяснить, пока не поздно? Хотя… на фиг надо… К тому же Ино прекрасно понимал всё и так, без объяснений. Просто ему почему-то взбрело в голову именно сегодня поиметь его…

Что, кстати, свидетельствовало о том, что башню первому человеку на Марсе снесло капитально… Впрочем… она и так уже давно на одном гвозде раскачивалась.

«Интересно узнать – что это на тебя нашло?» — подумал Нэимо, уже с наслаждением выгибаясь в руках Консула и изо всех сил вцепившись пальцами в скользкие бока сейфа.

***

«Примирение» было… хм, интенсивным. Пострадало сразу две вещи Нэимо. Сейф и его правое плечо.

Сейф Нэимо забрызгал спермой. Плечо отметил зубами Ино. Не слабо так отметил…

— Смотри, что ты натворил? — беззлобно проворчал снэтчер, взглядом указывая на уже присохшую к металлу дверцы белесую густую жидкость.

Консул коротко взглянул на сейф, отрываясь на миг от процесса поглощения кофе (он уже некоторое время сидел на диване, скрестив ноги, и наслаждался жизнью, пока Нэимо ходил в ванну принимать душ). Слегка пожал плечами:

— Это не моё, — ухмыльнулся он, — Моё у тебя ПО НОГАМ стекало. Так что все претензии предъявляй себе.

И он залпом выдул остатки напитка, стукнул чашкой о стол и с наслаждением откинулся на жёсткий подголовник.

Нэимо с невольным изумлением покосился на него. Поймал себя в который раз на мысли, как дико всё-таки это выглядит: Консул Ино Ари развалился на его раздолбанном старом диванчике, попивая довольно паршивый по меркам премиум-класса кофе. И это всё после того, как он только что оттрахал Нэимо, загнув «раком»…

Б-р-рр… Такое и в страшном сне не привидеться.

Впрочем, чего это он? Всё ж как обычно… Ничего особенного. Да, иногда Ино к нему загадывает. Да, иногда даже давится его кофе. И сидит на диване… Правда до сегодняшнего дня он его не трахал…

Ну, значит, теперь ещё и трахать будет! Какие проблемы? Трахается он очень даже прилично, так что… Возражений не будет. И всё же…

Что-то не так как всегда. Даже с поправкой на трах. Чего-то он какой-то сегодня… светящийся изнутри, что ли…

Нэимо прищурился:

— Для человека, которого обокрали на пятнадцать процентов, ты что-то слишком счастливый… Шутишь всю дорогу…

— Я не счастливый. Просто жутко довольный.

— По поводу?

Голубые глаза замерцали, губы поползли в улыбочке:

— Хочешь кофе?

«Ясно… Не скажешь… Ну, ладно, я терпеливый. Подожду пока тебя разопрёт основательно. Всегда ведь распирает… И тогда ты сам мне выложишь. А пока…»

— Можно и кофе.

Ино налил ему кофе во вторую чашку. Нэимо сел напротив на свой любимый табурет. Достал сигареты. Закурил, не сводя внимательно прищуренных карих глаз с развалившегося напротив на его диване человека. Разглядывая его сквозь пелену едкого дыма и падающих на глаза крашенных прядей.

«Красивый…» – как-то лениво подумалось вдруг.

«Да, разумеется. Красивый… Других Она не делает…»

Мысль затянула, и Нэимо как-то не сразу заметил, что пепел всё-таки сорвался с кончика сигареты и упал в кофе.

Чтобы стряхнуть навалившееся внезапное оцепенение, он спросил:

— Как ты узнал?

— Про что?

— Про то, что я стырил партию со склада.

Ино пожал плечами, ни на секунду не переставая слабо улыбаться (не ему… каким-то своим мыслям…):

— Взял видео-камеру и поехал той же ночью на склад. Хотел про тебя фильм снять. Вот и снял. Теперь иногда после работы прокручиваю… В высшей степени познавательно.

— Чокнутый.

Улыбка стала шире.

Нэимо глотнул кофе. Затянулся…

Они часто сидели с Ино вот так. Друг напротив друга. Консул на диване, снэтчер на табуретке. И играли друг у друга на нервах… Причём для Нэимо было загадкой, что же так привлекает Консула Марса в это игре. Ну про самого себя ему всё было понятно. Он – псих. Ему нравиться рисковать… Он возбуждается от прикосновения в коже прохладной стали пистолета… Ещё лучше – ножа. А такая вот «дружба» по сути – перманентный выброс в кровь адреналина. Хождение по лезвию бритвы. Лупанье молотком по детонатору…

Короче – кайф.

Но вот что с этого всего имеет Консул? Он что-то не производит впечатление мазохиста. Скорее – садиста. И всё-таки он позволяет Нэимо по отношению к себе слишком многое.

Снэтчер вообще имел все основания полагать, что он – единственный представитель «социального дна» Сити, который безболезненно «тыкает» Ино, хамит в лицо и вообще ведёт себя с ним как равный. И почему-то Консул это всё терпит. Охотно переходит при общении с ним на его жаргон.

Ему, кажется, даже это всё нравиться.

Неужели тоже подсел на адреналин? Похоже на то…

***

Нэимо выпустил струю дыма в потолок, не переставая скользить откровенно изучающим взглядом по Ино. Тот продолжал молчать и улыбаться…

Ох уж эта его улыбочка… Столько в ней всего было МНОГООБЕЩАЮЩЕГО… Иногда Нэимо, видящего её в очередной раз, мерещилось, что губы Консула шепчут при этом: «Смотри, снэтчер… Доиграешься…»

Доиграется. Конечно, доиграется. Терпение же у Консула не железное! Когда-нибудь да лопнет… И тогда…

Да, тогда, Ино ОБЯЗАТЕЛЬНО его убьёт. А пока он будет ждать и играть у него на нервах, пользуясь молчаливым разрешением это делать. Потом заплатит за это разрешение собственной смертью, когда Консулу наконец надоест позволять ему играть.

И это будет… хорошо. Очень хорошо. Почти так, как он, Нэимо, мечтает.

Умереть от руки Ино Ари… Это круто, блин.

«И всё-таки… Что-то ты сегодня какой-то слишком довольный… Не от секса со мной – точно… Да и эти двадцать процентов тебе по хрену. Так – плевок в твои миллионы…»

Нэимо решил «закинуть удочку». Сцедил очередную струю дыма сквозь зубы (на этот раз расчётливо – в сторону Ино) и, прикрыв глаза, небрежно спросил (типа, ему в принципе по фигу, но… надо же о чём-то говорить):

— Что, удалось-таки сцепиться с Системой по крупному? Выпустил пар? Теперь доволен собой?

Дым не достиг гладкого лица Консула, истаяв в тяжёлом спёртом воздухе комнаты на пол пути. Ино некоторое время наблюдал за этим процессом, потом опять улыбнулся:

— Почти…

— Наехала как обычно? За последнее?

Голубые глаза насмешливо прикрылись на мгновение ресницами.

— Угу… А я на неё. Поорали немного… Потом заключили перемирие.., — тут Консул возвел глаза к потолку, отчего его лицо приобрело мечтательно-довольное выражение (не часто его надменная физиономия выдавала такие гримасы…) — …на взаимовыгодных условиях…

Нэимо во время прикусил язык и ничего не спросил. Типа, ему РЕАЛЬНО НАПЛЕВАТЬ о чём там они с Системой договорились. Это было единственным способом вытянуть из Консула подробности – делать вид, что ему они НЕ ИНТЕРЕСНЫ. В противном случае, Ино на зло заткнётся и ничего не выложит. Из своего духа противоречия… Или из-за своей «сволочной натуры», как это называл Нэимо.

Поэтому снэтчер только и позволил себе, что опять пустить струю дыма Консулу в лицо.

Дым снова не добрался до цели…

— Через неделю на Марс прибывает делегация с Венеры. Светит Договор о Сотрудничестве…

— Большие бабки?

Ино задумчиво покрутил между пальцев платиновую прядь. Выдержал паузу… Кивнул.

— Большие. Но, главное – продаться им с потрохами минимум года на два… Она сказала, если выкину в ходе Контакта какую-нибудь хрень, сильно Её огорчу.

Нэимо понимающе хмыкнул:

— Ясное дело. Венерианцы, типа, шуток не понимают…

— Абсолютно. Что-то вроде Аэна… Думаю, они найдут с ним общий язык.

И Консул ухмыльнулся краешком губ.

Нэимо чуть нахмурился. Скользнул потемневшим взглядом в сторону, потом стрельнул им в Консула из-под чёлки.

Ох, не нравилась ему эта ухмылочка, от которой создавалось ощущение затягивающейся на горле петли… И ведь в последнее время она всегда ядовито проступала на губах Ино при упоминании о Советнике…

— Ну ты-то у нас известный шутник. Выкидывать «хрени» в твоём духе… — почти натурально небрежно заметил снэтчер.

Ино пару раз хлопнул ресницами, глядя на Нэимо сквозь выбившуюся белую прядь невинными голубыми глазами (у него всегда очень хорошо это получалось…):

— Ну что ты. Я буду душкой. Она ТАК просила…

— Только не говори мне, что решил в кои-то веки уберечь Её нервы-проводки от замыкания…

Ино тонко улыбнулся:

— Просто я достаточно на это мотивирован.

Нэимо хмыкнул. «А вот это уже очень, блин, интересно… Какую же цацу посулила Она тебе за прилежное поведение?»

Консул без труда прочёл его мысли. Улыбнулся ещё шире…

В смысле – ещё… гаже.

—  Взамен мне пообещали отдать на некоторое время в пользование одну из Её разработок. Кое-что из последнего…

Нэимо только и смог что непонимающе вылупиться на Консула. Нет, он был, конечно, в курсе научной деятельности Системы. Ино же и рассказывал, да и сам он КОЕ-ЧТО знал…

Просто ему что-то вдруг стало не очень хорошо… Так «не очень», что все мысли к чёртовой матери из башки на время вылетели. И потому Нэимо НИЧЕГО не подумал. Просто вылупился на Ино и всё.

Того его вытянувшаяся в дикой гримасе рожа, казалось, позабавила.

— Эк тебя перекосило! Не думал, что ты такой моралист…

— О чём ты?

Нэимо растерялся. Даже сигарету вытащил изо рта. Так, на всякий случай, чтобы ненароком не проглотить, когда до него НАКОНЕЦ дойдет не досказанное Консулом. (А ведь ещё миг и оно ДОЙДЁТ. Он действительно знает достаточно для того, чтобы оно дошло и без посторонней помощи…)

«Из последнего… Хм… Из последнего… Из после… БЛЯДЬ. НЕ МОЖЕТ БЫТЬ…»

ДОШЛО.

И Нэимо почувствовал, что ему становиться конкретно херово. Физиономию перекосило в какой-то уже совершенно нелепой гримасе…

Он поспешно нырнул за маску «просто удивление», не обращая внимание, что и её тут же стало перекашивать… вместе с физиономией.

— Её последняя разработка – Аэн.

Консул кивнул. Его физиономию тоже, кстати, перекашивало. Только от расползающейся по ней сытой улыбки абсолютно удовлетворённого жизнью человека.

Нэимо мысленно скрипнул зубами.

— На хрена он тебе?

С трудом подавил вздох облегчения: кажется голос не дрогнул…

Консул в ответ пожал плечами и встал, потянувшись. Некоторое время он просто молчал, изучающе глядя на снэтчера, и тому на миг показалось, что что-то он всё-таки у него в глазах разглядел, скотина.

Потом Консул погасил взгляд и пошел к двери…

У Нэимо сильно сдавило сердце…

От страха за другого, не за себя, блядь. От СТРАХА… А он-то думал, что по определению больше не способен такое испытать… Ха… Но… неужели вот так и свалит? Молча…

Но у самой двери Ино остановился.

Обернулся и… выдал объяснение, кривя равнодушные губы в уже откровенно похабной ухмылке:

— Всегда его хотел.

— В каком смысле?

Вырвалось…

Нэимо совсем потерялся.

Слава богу, Консул, кажется не заметил его странного состояния. Принял его слова за подъёбку… против которой ничего не имел.

Кинул небрежно через плечо:

— Да в прямом.

…и вышел.

Что ж… яснее ясного. Сам же спросил…

Оставшись наедине с самим собой, Нэимо упал на… свой табурет. Сознание царапнула мысль: «Интересно, когда я успел с него подскочить-то?». А вот теперь ноги какого-то хрена подкосились…

И вообще…

Что-то его прямо-таки скрутило от слов этого гада. Надавили они туда, где (что, неужели до сих пор?!) болит.

Значит… Значит, ни черта не прошло у него. Ни хрена не изменилось… Иначе… с чего бы его так загнуло?

А ведь прошло, кажется, три года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.