Попаданцы — Часть 4. Глава 1.

Часть 4. Заколдованные верблюды. Глава 1: Аксум, Бей и еще один.

Проблемы начались ближе к обеду. А до обеда в нашем маленьком отряде наблюдалась почти идиллия. Пустыня Ар-Кийематт давила на психику своим унылым оранжево-желтым пейзажем. Раскаленное солнце припекало макушку. Слева «плыла» на своем «корабле пустыни» Гяура, раскачиваясь в седле из стороны в сторону, и по злому выражению ее красного от жары лица не трудно было догадаться в какой запредельной стадии счастья пребывает она по поводу этого замечательного путешествия. Справа атмосферу бодрого туризма дополнял Хатим Тей, с воодушевлением тараторя о тех слухах, что ходят в Джамбуре по поводу Пиратского Братства до сих пор.

— … а они привязали плененного ими легендарного купца Харабата и стали бить его палками! Били, били! Били, били! А купец Харабат как закричит им громким голосом: «Почто бьете меня, о, недостойные порождения иблиса? Я отдал вам все товары свои! Что вам еще нужно?». А пираты в ответ стали смеяться и еще сильнее бить купца Харабата палками. Так и умер купец Харабат! Говорят, хороший купец был… А вот еще говорят, что однажды сам Грязный Скунс привел свои корабли к берегам благословенной Чагылской Империи нашей и начал грабить и топить, топить и грабить! Много он убил и детей, и женщин. Много золота и богатств разных взял. А сколько мужей поработил этот приспешник порока, о.… Говорят…

Что же все-таки  еще говорят, Хатим Тей сообщить нам не успел.

Я все еще мучительно подыскивал более-менее вежливые слова, которые помогли бы мне заткнуть, наконец, этот ходячий кладезь «страшилок», когда доведенная до ручки его мрачными нудными россказнями Гяура, тихой сапой подкатив с тыла, залепила ему тумака.

— Да замолчи же ты, маленький негодник, шайтан вырви твой язык!

Постреленыш ловко увернулся от второй оплеухи и, натянув поводья, направил своего верблюда в мою сторону.

— Стой, гаденыш! — принцесса, в свою очередь,  повернула «транспорт» следом. — Стой! Всю душу уже вымотал своими грязными враками!

— Это не враки! Так люди говорят!

— Я тебе покажу «люди говорят»! Я тебе…

В этот межкастовый конфликт я не лез из принципа, сидел себе тихой мышкой в седле и молчал. А Гяура и Хатим Тей, переругиваясь и размахивая руками, крутились на своих скакунах вокруг моего бедного верблюда, как заведенные. В результате получилась куча-мала из ни в чем неповинных животных, верхом на которых трое человек пытались выяснить отношения, причем двое из них хотели это сделать отнюдь не мирным путем.

А закончилось все как всегда неожиданно и… здорово. Мой верблюд, получив в очередной раз в бок от ходившего ходуном под принцессой собрата, не выдержал и… сказал:

— О, аллах!

Первой среагировала Гяура. Она подозрительно уставилась на меня и не очень уверенно спросила:

— Это ты сказал?

— Да, это он! — как-то уж очень поспешно влез Хатим Тей и, нервно хихикнув, добавил — Кто же еще, если не он?

За меня ответил мой верблюд:

— Кто, кто! Я! Везешь их, стараешься, а они… Тьфу!

Как вы понимаете, после этого наступила немая сцена не хуже, чем из «Ревизора». Во-первых, все сразу заткнулись и посмотрели на разговорившееся животное. Во-вторых, Гяура свалилась в обморок. В-третьих, ее инициативу поддержал Хатим Тей. А я… Я посмотрел на распластавшиеся на песке тела моих спутников и слез с верблюда. Как-то стыдно, знаете, стало сидеть верхом на брате по разуму. Тот, вероятно, оценил мою тактичность, потому что засмущался и пробормотал:

— Да я вообще-то не вас имел в виду. Вы – хороший ходжа. Только спутники ваши, шайтан им в задницу, ненормальные. За братьев обидно.

За братьев? Хм…

продолжение следует

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.