Глава 3. До последней капли крови (о личном)

 

Однажды, в одной из городских газет я прочла, что «схема финансирования детских культурно-оздоровительных организаций должна быть прозрачной» и немедленно подумала: «то есть невидимой?», то есть такой, которую никто не сможет увидеть и проследить. Это было в первые годы моего пребывания в Городе и по-моему убеждению такая формулировка не должна была попасть в Городской Устав. В силу своей нечестности. Так я и заявила Мэру города, придя к нему на приём. Мэр был поражён моими словами. К сожалению – поражён неприятно…

То есть дышу я мозгами, думаю сердцем вслух, а словами я «поражаю». Это – моё оружие, чтобы вы были в курсе. Я вообще, очень воинственный ангел, и людям лучше слушать мои мысли, чем мои слова… И в этом нет никакой путаницы, а слово «лучше» значит «легче» («легче» — это от слова «летать»).

Короче, Мэру досталось.

К чему я вдруг это вспомнила, идя по Дороге с журавликом в мешочке? Просто, чтобы вы были в курсе, почему и когда началось моё «разочарование в людях». Вас, конечно, нет рядом со мной сейчас… Но вы будете потом. Хорошо бы, чтобы вы были «потом» уже имея обо мне представлениеJ.

А теперь вернёмся к дороге.

Когда наступил вечер, словосочетание «Дом с Мандаринами» крепко засело в моём сердце. То есть, я думала над ним, пока шла. Пыталась представить, как именно реализовано это сочетание на практике.

Может быть, где-то просто стоит дом, стены которого разукрашены рисунком «мандарин». Может быть, где-то стоит дом, в котором живут люди, у которых в прихожей стоит корзина с мандаринами. И они берут оттуда мандарины и едят их круглый год. Может быть, дерево с мандаринами растет на крыше дома (у крыльца, на заднем дворе…). Или вокруг дома есть сад, где растут только мандарины.

Вообще, я очень люблю мандарины. Есть в них что-то парадоксально-оптимистическое и к месту неуместное… Всегда считала их «не от мира сего». То есть, очень родственный мне продукт.

Решено! Когда я найду адресата бумажного журавлика, я попрошу его в качестве благодарности за доставку письма взять меня с собой. Нет, в гости к обитателям «Дома с Мандаринами» я не собираюсь напрашиваться. Я просто хочу посмотреть на сам Дом.

Логично?

Логично.

Кроме того, я всё ещё иду к доктору, если вы не забыли. И одновременно, я иду к адресату письма, а в перспективе – и к хозяину «Дома с Мандаринами»… Это значит, что один из них – может оказаться моим доктором.

И это тоже логично. Ну, хотя бы потому, что даже ангел не может одновременно идти к двум разным людям, когда у него всего ОДНА цель. Если не рубите, о чём я, ничем помочь не могу. Я же думаю сердцем вслух, а оно никогда не объясняет очевидные вещи даже своему владельцу.

Ну вот, моё будущее практически прояснилось настолько, что уже можно не волноваться и даже найти где-нибудь гостиницу, чтобы переночевать и поужинать.

А то ночь уже на подходе…

Но никакой гостиницы окрест не было, я не так далеко отошла от Города, чтобы стали появляться «гостиницы окрест». С другой стороны, просить в «третьем последнем желании» машину я не могла, потому что не умею её водить. Водителя мне бы не выделили, потому что к тому моменту ни одного шофёра «выгонять из Города навсегда» потребности не было.

Короче, я просто решила тогда сойти с дороги и поспать под кустом.

Нашла куст, свернулась калачиком, подложила под голову мешочек с бриллиантами и уснула.

Мне приснился сон.

Подсматривать его будете?

Будете? Ну, тогда смотрите, хотя я обязана предупредить, что, даже судя по самому его началу, обещает он быть «одним из немногих»…

За содержание снов подобного рода я не отвечаю, к сожалению, значит не смогу быть ни вашим защитником, ни вашим проводником. Это сны не про меня, иногда они даже бывают вопреки меня и против меня.

В общем, я вижу, что, как обычно, хотела предостеречь, а вызвала повышенное любопытство. Поэтому умолкаю и начинаю спать.

Мой Сон:

Закрыв глаза, я оказалась в золотом месте без света. Это такое место, где, если хочешь пойти вперёд, нужно раздвигать пространство ладонями. Очень похоже на продирание сквозь заросли камышей, хотя не знаю, с чего вдруг такая аналогия – я лично никогда не продиралась сквозь заросли камышей.

Тем не менее, я растопырила руки и стала «продираться»…

Это сначала. Потом, когда золотое место без света начало превращаться в некую форму «сейчас», руки для продвижения больше не понадобились. Это всегда так… Собственно, тот самый момент, когда разгребать ладонями место больше не надо, и есть начало сна не про меня.

Тут меня просто выкидывает из тела в сновидение и – всё – я больше за сюжет вокруг меня не в ответе.

Бредово, да?

А я, между прочим, предупреждала. Ничем не могу помочь, ничего не могу объяснить больше, чем объясняю сейчас. Просто смотрите дальше…

На этот раз меня выбросило в место, где была Дверь. Я оказалась прямо напротив неё.

Дверь белая, каноническая.

Что значит «каноническая»? Без понятия. Наверное, это такая Дверь, которая выглядит «правильно».

Не скажу, что вокруг было тихо. Звуки были вокруг. Разные, но не музыка и не голоса. И вообще всё вокруг, кроме белой канонической Двери, было фиолетовое.

То есть, мне сейчас снится белая дверь в фиолетовом «везде» и звуки «не как обычно». Ага, таким как я и курить не надо, вы совершенно правы!

Тут ко мне подошел внутренне похожий на меня человек.

— Ты тут не в первый раз, — сразу сориентировал он меня.

Я хотела спросить, почему он не поздоровался со мной для начала, как это принято делать у всех вежливых людей при первой встрече. Но тут же вдруг поняла, что мы с ним на самом деле уже здоровались. Просто очень давно. И с тех пор всегда были вместе и никогда не расставались.

Это всё, что мне удалось понять про него.

— Наверное, не в первый, хотя те разы, которые были до этого раза, я не помню в упор, — честно призналась я.

— Я знаю, поэтому как всегда опять здесь. Чтобы как всегда напомнить тебе об этом, потому что я-то отлично помню все те разы, — человек улыбнулся и достал из-за спины две шпаги.

Они были белыми, длинными и блестящими. Он протянут их мне.

Я посмотрела на них и узнала в них то, чего мне обычно не хватало в мире без снов.

— Никогда раньше не держала в руках ни одной шпаги, — сказала я, а руки сами потянулись к оружию и ладони удобно утонули в эфесах (кажется, то в чём они утонули, называется «эфесы»…).

— Ты всегда так говоришь, — человек опять улыбнулся, — А потом всё равно берешь их в руки. Ты «никогда не держала в руках ни одной шпаги» уже миллион раз.

— Так я здесь уже была, что ли? — тупо уточнила я.

— И не только «здесь», но и даже «там», — внутренне похожий на меня кивнул в сторону канонической белой Двери.

— А что там находится? — я покосилась на Дверь.

— Понятия не имею, это не моя Дверь. Единственное, что есть у тебя и чего нет у меня. Наша разница, — человек немного погрустнел, чуть-чуть – уголком губ, — Знаю только, что ты приходишь сюда иногда только для того, чтобы взять эти шпаги, а потом войти в эту Дверь. Некоторое время ты за ней пропадаешь. Потом выскакиваешь обратно уже без шпаг, сердитая, как кот, и усы твои обычно торчат в разные стороны.

— Какие ещё усы? У меня нет никаких усов…

— Это обычно последнее, что ты говоришь, перед тем как открыть эту Дверь, — невозмутимо ответил мне на это человек.

— Да? А она не заперта?

Сказала я это и какого-то черта вдруг развернулась к Двери и с размаху врезала по ней ногой! Я же говорила, что такие сны не обо мне и я вам в них не гид? Ну вот… подтверждаю.

Почему я вдруг настолько обнаглела, что посреди разговора с человеком решила немедленно открыть незнакомую Дверь самым хамским из известных мне способов? Единственный ответ: потому что посетившее меня как раз дикое желание это сделать не встретило никакого отпора ни с чьей стороны.

Вот оно и воспользовалось моей пяткой.

А когда дверь со свистом распахнулась, то же самое желание воспользовалось и остальными частями моего тела и внесло меня внутрь, за Дверь, решительным широким шагом моих собственных ног!

— Удачи! Береги усы! — прокричал мне вдогонку совершенно незнакомый, но страшно похожий на меня внутренне человек, и вслед за этим Дверь за моей спиной захлопнулась!

— Зараза! — выругалась я, потому что не выругаться просто не могла.

Лучше бы ты ухватил меня за подол платья и вернул обратно! Какого чёрта? Мне не нужна была эта дверь, которая была нужна мне позарез…

И если вы думайте, что «заразой» я обозвала похожего на меня, то глубоко ошибайтесь. А если думайте, что я знаю, кого на самом деле громко обозвала, очутившись по ту сторону канонической двери, то вы просто забыли, что я вам говорила про эти особенные сны.

Лучше поэтому я больше не буду пытаться хоть как-то комментировать происходящее, а то бред только усиливается от этого.

Короче, очутившись в другом месте, с дверью за спиной, и успев поругаться, я поудобней взялась за обе шпаги и уверенно почесала вперёд.

Вперёд – это значит в коридор без света. Да, там был именно такой коридор, и я обещала больше не пытаться комментировать сон…

Мои мозги стали очень злыми и усы (которых у меня не было) теперь топорщились и на концах потрескивали голубым электричеством.

Зубы во рту крепко сомкнулись, сердце приняло форму определённой неудобоваримой Цели.

Красные волосы тоже не лежали за плечами без дела – они слажено заплетались в косу, пока я чесала в кромешной темноте коридора.

А кожа на лице вообще отколола номер, став металлической. Та же участь постигла мои ноги от пальцев до середины бедер и руки от пальцев до локтей.

Как говориться, без комментариев… Теперь, конечно, и дурак догадается, что я собираюсь с кем-то драться. К тому же… А вот и мой «визави»…

Мама дорогая…

То есть, это конечно не мама дорогая в прямом смысле этих слов. А гораздо необычней.

Когда тёмный коридор выплюнул меня из своей кишки в очередное пространство сна, я полетела прямо в центр круглого озера из чёрной воды, где уже покачивался на волнах мой «противник».

Покачивался на волнах – то есть попирал их гребни своими копытами.

Копытами, потому что он был типичным Монстром. У него были копыта, волчьи ноги, волчий хвост, торс борца-тяжеловеса, две львиные лапы, шея и голова буйвола (с причитающимися буйволу рогами).

И это без прикрас, как говориться.

Я была уверена, что вижу его впервые в своей жизни, но, несмотря на это, он успел меня достать по самые пятки самым неприятным образом. Здороваться я с ним не желала, а ещё у меня к нему было куча претензий, оказывается.

Плюхнувшись в озеро, я ловко встала на воде, растопырив руки, сжимавшие шпаги, и вперив в Монстра взгляд исподлобья, громко заявила:

— Бегай – не бегай, а всё одно – проткну тебя! Так и знай!

— Ну, проткни, — флегматично отозвался Монстр, презрительно фыркнув своей мордой.

— Отдай их мне, гад!

(Кого «их»? Если б я знала…)

— Возьми, если сможешь.

— И смогу!

Тут монстр иронически хмыкнул. Нет, вы когда-нибудь видали, как иронически хмыкают буйволы? Не видали, конечно. Ну, значит, призовите на помощь воображение.

— И не сможешь. Не выйдет, не получится, не по силам, нет источника. Скажи спасибо, что я вообще в очередной раз трачу на тебя время, прихожу вот, мочу копыта в этой воде, выслушиваю твой писк. Ты хоть и ангел у нас, а вот ангельское терпение всё мне досталось твоё, ха!

К концу его тирады я уже не просто топорщила усы, я топорщила ВСЁ, до того не равнодушна оказалась к каждому из слов. Это ж надо так врать мне, а! Да я ему покажу, кто из нас тут кто и чьё копыто у кого будет в заднице, в конечном итоге!

И потом, мы стали с ним драться. У монстра тоже оказалась шпага. Увидев, что меня понесло на него с намерением порвать к чёртям собачьим, он с кислой миной (какой нахал!) вытащил из-за спины чёрную шпагу и картинно встал в позицию.

Я же послала к такой-то матери все позиции и в виде газонокосилки, дико размахивая оружием, навалилась, потрескивая электричеством и праведным гневом, и давай рубить гада…

Дальше мне снились бешеные росчерки металла впереди и вокруг меня, коса, хлеставшая меня по плечам, лязг конца шпаги Монстра по металлу моего лица, хруст его костей, моих костей, удары волн в спину, ухмыляющаяся морда и всё такое прочее.

Длилась эта катавасия довольно долго и в целом была то, что надо. То есть я была собой довольна: не в меру психованная, не в меру маниакальная, такая газонокосилка по идее без бензина кого хочешь с землей сравняет. Тем более, сравнять Монстра с землёй – это и было видимо моей скромной Целью, ради осуществления которой я припёрлась в этот сон. Видимо…

Но что-то у меня никак не выходило.

Монстр был на редкость ироничен, манерен и прыгал вокруг меня как козёл, дурачась и взвизгивая всякий раз, когда одна из моих шпаг протыкала его насквозь. Иногда он орал, явно издеваясь:

— Ой, не надо! Ой, щекотки боюсь!

Вам смешно?!

Вам смешно! И ему смешно! А мне позарез надо его уложить. Зачем – не знаю, но вот надо и всё!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.