Кактус (совместно с Леной Д.)

Вместо пролога:

Этот рассказ — результирующая слаженного полета буйной графоманской мысли моей и Лены Д. Сразу скажу — он не закончен, и закончен, судя по всему, не будет никогда, ибо мой соавтор вот уже лет энцать как «ушел в закат», то бишь куда-то пропал:) Однако, это не повод, лишать мировую общественность сего шедевруса, ибо даже в своем зачаточном состоянии он способен заинтересовать. Или, как минимум, удивить выбором темы и главного героя. А это опять же заслуга Лены Д. Именно её инопланетянское мышление на мой вопрос «Про что напишем?» не задумываясь выдало: «Про кактус!»

Кактус

На окне в просторном цветочном горшке стоял Кактус. Это был необычный Кактус. Он не знал даже своего имени. Да что там имени, он вообще сомневался, что он — Кактус! Сомнение это родилось после того, как одна Маленькая Девочка шлепнула линейкой по его колючкам и воскликнула: «Надо же, какой Баобаб!» Быть Баобабом Кактусу не хотелось, с этим словом у него возникали весьма странные ассоциации: он решил, что его собрат по флоре обладает очень распущенным характером. Почему-то когда он думал о себе, он воображал, что он — гималайский Кипарис. Ну или …

…Или кипарисский Гималайс… А что? Очень даже может быть! А еще заманчивей Кактусу было думать, что он Гималайс Кипарисский, ну, благородного происхождения и обязательно с родословной…

Иногда Кактус до того забывался в своих мечтах, что произносил вслух: «В моих сосудах течет Голубой Млечный Сок!» «Из таких как ты Текилу крутят в мясорубке!» — осаживал его Фикус. Фикус обладал Трезвым Взглядом на жизнь, а также Высшим Оранжерейным Образованием, о чем он заявлял окружающим при каждом удобном случае. Соседи по подоконнику частенько называли его «Фигусом», чтобы тот не особо-то зазнавался. Вдобавок ко всему, Фикус слыл ПоФигистом, но ему было пофигу, что о нем говорили.

Так они и жили: Кактус грезил родословной, а Фикус пытался открыть ему глаза на действительность. Разумеется, исключительно из добрых побуждений. И вот однажды… Да, такие «однажды» случаются иногда даже с теми, кто просто живет на подоконнике. Так вот, однажды ЭТО «однажды» случилось с Кактусом!

Ранним утром, как раз в том момент, когда Фикус в очередной раз пытался спустить его с небес на землю, к подоконнику подошел человек и без всяких объяснений взял его, как он был в горшке, и понес из комнаты. «Ха!» — изумленно выдохнул Фикус, он на какую-то долю секунды даже забыл про свой пофигизм. Но потом, дабы окончательно не испортить свой имидж, мужественно напустил на себя философский вид и авторитетно заявил: «Я же говорил! Понесли текилу варить из бедняги. Эх…» Недалекие, но хорошенькие Фиалки только и смогли, что испуганно ахнуть и дико на него вытаращиться.

Пока соседи кактуса бурно обсуждали его возможную судьбу, в соседней комнате происходило нечто… Но сначала — маленькое предисловие к нему.

Кактус просто был одержим теорией о своем благородном происхождении. «Эх, мне бы Дворец… с тренажерным залом…» — мечтал он в свободное время, разминая свои 78 Колючек. Колючки дружно поддакивали и топорщились во все стороны. Им хотелось иметь еще и свой маленький, но очень личный пляж, но они скромно молчали об этом…

… А в соседней комнате происходило переселение! Кактус, ой, простите, Гималайс, давно готовился к этому моменту. Он даже свои 77 Колючек научил расписываться в воздухе: «Его величество Гималайс I». И только одна Колючка совершенно не поддавалась обучению. Но Кактус резонно заметил, что 77 росписей будет достаточно. Итак, кактус торжественно пересадили. Это был настоящий дворец! «Все соседи обзавидуются!» — пыжился Кактус. Еще бы: Настоящий Керамический Горшочек с Абстрактным рисунком и Зеленым Пластиковым Поддоном.

Человек, руководящий церемонией, произнес: «Ну вот, теперь порядок! А то — стакан из-под Йогурта!» «Меня уважают!» — подумал Кактус и величаво расписался в воздухе своими Колючками. «Ай!!!! Блиннн!!!!!» — громко заорал Человек и опрометью бросился вон из комнаты. «И боятся!» — удовлетворенно решил Гималайс. Через некоторое время человек вернулся с пластырем на пальцах и не в очень шикарном настроении. Не глядя на колючий шар, он поместил у его корней Лягушку. «Любят и поклоняются!» — блаженствовал Кактус.

Лягушка была пластмассовой и вообще декоративной. Может быть, поэтому отношения с ней сразу не заладились. Всё что она делала в ответ на попытки Кактуса объяснить ей, что он Гималайс Кипарисский, с родословной и прочим, так это торчала из земли у него под боком и нагло помалкивала.

Несмотря на надежды Гималайса касательно своей царственной судьбы, его водрузили обратно на старый подоконник. Опомнившись от путешествия, он горделиво подбоченился перед соседями: «Ну что, теперь-то вы видите? Видите?» «Молодой человек!..- назидательно начал Фикус и, выдержав многозначительную паузу, веско изрек, — Окстись, у тебя даже листьев нет! Суккулент несчастный!» Утонченные подружки-Фиалки манерно прикрыли уши, выпучив при этом глаза. «Я Гималайс! Титулованная особа! У меня есть дворец! — завопил Кактус, вращая колючками, — и вассал!» — он покосился на Лягушку. Рододендрон в углу неприлично захихикал. Вслед за ним стали хихикать и остальные. В конце концов все растения, кроме разнесчастного неудавшегося Гималайса Кипарисского корчились со смеху. «И вообще, сук… суккулент-не суккулент, а Фотосинтез у меня тоже имеется! — прошептал Кактус свой последний довод и сразу сник. Определенно, никто не хотел видеть его Уникальность. Настроение было безвозвратно испорчено. Кактус решил объявить всем бойкот.

Его вассал в лице декоративной лягушки незамедлительно присоединился к этой акции, как и положено верному вассалу… Итак, в Горшке с Абстрактным рисунком все замолчали!..

Кактус мно-о-ого думал, но ничего не говорил. Его соседи продолжали вести обычную жизнь: Фикус читал цикл лекций о Парниковом эффекте, Фиалки шушукались и жеманно строили глазки даже друг другу, Рододендрон перебивал Фикуса. «Суккулентов тут не уважают. О славном роде Гималайсов Кипарисских не слышали… Приземленные обыватели!» — терзался Кактус в своей растительной душе, и даже новый Горшок

с Абстрактным рисунком был ему не в радость. Лягушка с пластмассовым спокойствием взирала на муки своего господина.

…Время шло, а Кактус угрюмо молчал и размышлял.

А тем временем у растений появился новый сосед — Плющ. Он извивался, ниспадал, тянулся и крался. Никто из растений не решался заговаривать с ним, да и между собой они стали меньше общаться, опасаясь шпионажа со стороны новенького. Однажды ночью, когда Кактусу не спалось, он открыл глаза и вздрогнул: Плющ пристально и с интересом изучал его, и, заметив, что предмет наблюдения проснулся, заговорщически подмигнул ему. Кактус содрогнулся, а его Колючки чуть не упали в обморок. «Э-э-э-й, Гималайс Первый!» — позвал его Плющ, продолжая всё так же подмигивать. Вообще, подмигивающий ночью в темноте с подоконника Плющ — зрелище то ещё, скажу я вам… Не для слабонервных. А если этот Плющ еще одновременно и крадется, то — вообще жуть. Кактус чуть все свои Колючки не отбросил от стресса… «И чего ему от меня надо?!» — в панике подумал он, нервно зажмурившись (типа, он спит и вообще…). Но Плющ не отставал: «Гимала-а-а-а-й-с-с-с-с-с… а, Гимала-а-а-й-с-с-с-с?..» «Ах, как не хорошо он шипит!» — еще больше встревожился Кактус, он впервые в жизни от души пожалел, что он Гималайс Первый и по всей видимости единственный, и рядом поэтому нет никаких других Гималайсов, к которым мог бы обращаться этот престранный извивающийся представитель семейства Аралиевых!

В общем, абстрагироваться не вышло, пришлось-таки идти на контакт… «Это вы мне?» — приоткрыв один глаз, Кактус покосился на Плюща с опаской. «Вам…» — хихикнул Плющ, не прекращая подмигивать. «Возможно, у него нервный тик!» — очередная тревожная мысль не прибавила Кактусу и его Колючкам бодрости духа, растравляя его природную мнительность буквально на глазах.

«Простите, что разбудил Вас, Ваше Колючество, но дело в том, что я хочу предложить вам…» — тут Плющ подкрался к Кактусу совсем близко и, облепив его горшок с Абстрактной лягушкой (ой, простите, с рисунком!) лапками, зашипел Кактусу в ухо, — «…БЕЖАТЬ!» Кактус чуть не отбросил все свои колючки от неожиданности! «Т-т-то есть как?!!» «А так…» — воровато оглянувшись, не переставая подмигивать и извиваться, Плющ зашипел ему в ухо быстро-быстро: «Тут форточка чуть приоткрыта… Я всё рассчитал! Деньков десять и я дорасту до неё и тогда… мы сможем бежать! Что скажете? А? Это же — здорово!» — Плющ уже несло во всю. Кактус решил, что он явно психическое растение. «Ну так как? Ваше Колючество, вы в доле? Мы славно обставим это дельце! У меня богатый опыт! Но мне нужно, чтобы кто-нибудь прикрыл меня, понимаете? Вы такой колючий! Вы идеально подходите!» «Да он сумасшедший!» — уже совершенно уверенно подумал Кактус, но все-таки ему стало любопытно и он спросил, перебив совсем зачастившего Плюща: «Э… а как я могу быть Вам полезен?» «Ну как же! Вы такой колючий и большой! Вы можете встать так на подоконнике, чтобы Человек не смог добраться до моих веточек и обрезать их, когда он увидит, что я подползаю к форточке! Ваши Колючки будут мешать ему! Ну так как? Соглашайтесь! Хотите, мы убежим в Мексику!!!» «Мексика? А что это такое?» — Кактус был очень напуган (ещё бы, он в жизни никогда не имел дел с сумасшедшими растениями…), но ему стало вдруг очень любопытно…

«О-о-о-о, Мексика, мой многоуважаемый Гималайс, это такая страна, где все свободны и счастливы! Там господствует флорократия, на ваш вкус предоставят десятки видов почвы и удобрений, погода на выбор, растения живут в полном мире и гармонии! Вас там будут почитать, как просвещенного мудреца, прибывшего из Далекой Земли. А еще… — Плющ интимно наклонился к Кактусу, — я слышал, там все носят бантики!» «Бантики?!» — шарахнулся от него Кактус. «Бантики! Бантики!!! — раскачивался Плющ в экзальтации, — в этом году носят бантики из крепдешина! О, какое это неземное блаженство, подумайте сами — бантики!!! Между нами говоря, — совсем разоткровенничался он, — у меня есть планы открыть там свое модельное агентство! Ну, что скажете, а? Я с самого детства испытывал тягу с прекрасному… Мой папа был музыкантом, дедушка — поэтом. Хотите, я вам спою?» «Н-н-н-у-у…» — Кактус совершенно растерялся. «Да вы послушайте, послушайте!!! — замахал на него стеблями Плющ, — минутку, мне нужно распеться…» В это время Фикус сонно зашевелил листьями. «Ох, — резко оглянувшись, Плющ быстро свернулся и замер. — Ну так, что??? Бежим??? Вам к лицу будет шляпа! Ах, какие шляпы там делают! Сомбреро! О, Мексика, страна грез!» «Я-я… — чувство осторожности говорило Кактусу: не спеши, но заманчивые россказни Плюща сделали свое дело, — согласен!»

«Прекрасно!!! Великолепно!!! Бесподобно!!! — заверещал Плющ. — Запомните мои слова — вы там будете великим, великим растением!»

Следующие несколько дней Плющ прикидывался больным, чтобы его больше поливали и подкармливали удобрениями, а сам все рос, рос… Беседы между новоявленными друзьями велись по ночам, когда все остальные обитатели подоконника спали (Кактус по-прежнему гордо бойкотировал всех). Плющ настолько выразительно описывал прекрасную Мексику, что Кактус был готов отдать все на свете, даже своего пластмассового вассала-Лягушку, лишь бы попасть в эту страну.

«Ба-а-а-нтики, ба-а-а-нтики, ба-а-нтики мои!» — шепотом распевал Плющ каждую полночь, и сам себе дирижировал веточками. – Вам – шляпу, мне — бантики, шляпа – вам, бантики – мне, – участливо заглядывал Плющ в глаза Кактусу, — Идет, Ваше Колючество? Только т-с-с-с-с, ни слова никому! Секрет, тайна!!! Как Вам кажется, какой мне цвет больше к лицу, а? А бубенчики вам нравятся? – докапывался он до Кактуса, — Бубенчики??? Ах, бубенчики звеня-я-я-я-т, о-хо-хо!»

Кактус уже давно потерялся в попытках представить себе Мексику, как грандиозное скопление Бантиков, Шляп, Бубенчиков и еще бог знает чего! Но то, что он мог представить, было таким восхитительно-манящим, что он даже не особо беспокоился, что его новый друг слегка не в себе, а это при его-то мнительности было уже из ряда вон.

И очарованный парящий в его воображении сказочной страной Гималайс Кипарисский Первый и Единственный целыми днями топорщил свои Колючки и пыжился изо всех сил, обеспечивая Плющу необходимое прикрытие.

Два раза на Плющ почти покушались! Приходил Человек, посматривал на растения, задумчиво бормотал: «Разросся…», протирал Абстрактный горшок и уходил. «Это он про Плющ!» — каждый раз спохватывался Кактус-Гималайс и пыжился пуще прежнего — топорщился всеми Колючками и лапками — не дай бог Человеку дотронуться до его героического товарища!

Фикус в такие моменты неизменно отпускал какое-нибудь интеллектуально-презрительное замечание. «Пыжьтесь — не пыжьтесь, молодой человек, а больше положенного вам природой роста вытянуться у вас не выйдет!». И в такие моменты Гималайса распирало от желания рассказать этому надутому родственнику Тутового дерева КАК он заблуждается насчет ИСТИННОЙ ПРИЧИНЫ его акробатических упражнений! О, как он хотел рассказать этому с Оранжерейным образованием, что пока ОН тут умничает, ОНИ (он и Потомок великого поэта и музыканта (то есть Плющ…) совершают дерзкое феерическое предприятие, которое несомненно еще потрясет умы всего растительного сообщества. Но, увы, предприятие было Тайным. Поэтому — тссссс…

Настал канун того дня, о котором они так долго мечтали и ради которого жили. Плющ отрастил  себе веточки как раз подходящей для вылазки в форточку длины, Кактус накачал себе внушительную мышечную массу и здорово выдрессировал свои  Колючки. Конфиденциальность была незыблемой. Бежать надо, когда форточка будет открыта, Человек отсутствует, а растения дремлют, — все это было оговорено заранее.

«Свобода!.. — мечтательно потирал свои веточки Плющ. – Вы слышите, Ваше Колючество… Она так манит… Вы слышите ее голос, а? А? – Он заглядывал в глаза Гималайса. — Вот она, шепчет, чу!: «Идите ко мнеееее!!! Снимите с себя это унизительное бремя порабощения двуногими! Познайте свою истинную сущность!» Слышите, да? Правда ведь?..» Под воздействием гипнотических речей друга Кактус медитативно погружался в свой внутренний мир, и ему действительно моментами слышался Голос Свободы. Свобода в его воображении была наделена стволом Секвойи, кроной Кедра, плодами ее были Дыни. Вдобавок она была щедро увенчана Бантиками и Бубенчиками, на ее верхушке была Шляпа, а у корней ее бил Фонтан Изобилия… Свобода широко улыбалась Кактусу и кокетливо манила его веточкой, произрастая в богатом воображении мечтателя исключительно в самом жирном из самых жирных черноземов Вселенной…

Короче, замечтался Кактус до самых сумерек. В сумерках в комнату пришел Человек и, как обычно, приоткрыл на ночь форточку. Повеяло летней прохладой маленького дворика, Свободой запахло ещё сильней! Те растения, которых вполне устраивала жизнь на подоконнике, недовольно скривились, косясь на досадную форточку, но ничего поделать не могли. Потому смирились и один за другим заснули, убаюканные традиционной вечерней лекцией Фикуса «о хлорофилле»… Дождавшись когда захрапит и сам Фикус, оба дерзких заговорщика, сверкая в темноте глазами, многозначительно уставились на форточку.

Оконная рама призывно блестела в лунном свете… Плющ потер свои отрощенные зеленые лапки и удовлетворенно хмыкнув: «Ну-с… За мной, Ваше Колючество…», без лишних напутственных речей вцепился ими в окно и полез вверх. Кактус принял положение полной боеготовности, но пока все было спокойно.

«Уууу, напасть! – выругался Плющ, подтягивая за собой свой домик, то бишь Горшок, — тяжелый, зараза!» Неимоверными усилиями ему удалось-таки водрузить горшок на перекладину форточки. «Ну, а теперь вы, Вашество! – и Плющ протянул свои ветви сверху вниз и обвил ими Кактусиный Абстрактный Горшок. – Ыы… Ах тыжжжж!!!! — пыхтел от натуги Плющ, — Раз-два, взяли!!! Так, Ваше Колючество! Я все понял! На счет пять попробуйте подпрыгнуть, этим мы уменьшим силу тяжести. Раз-два-пять!!!!!»

Кактус что было мочи прыгнул, насколько это вообще возможно для растений. И взмыл в воздух! Однако, Плющ не подрасчитал эффект ускорения, и получился «перелет». Кактус вместе со своим дворцом сиганул в проем форточки и скрылся внизу… Плющ, не успевший отцепиться от Абстрактного Горшка, последовал за ним…

Произраставшие на газоне маленького дворика (того самого, в который выходило окно, то самое, которое имелось в наличии у того самого подоконника, на котором Фикус изводил своих соседей вечерними лекциями «о хлорофилле»…) полуночные маргаритки все, как одна, в запредельном изумлении вытаращили свои цветочные глазки, наблюдая за тем, как из окна дома, из которого на их памяти и памяти их бабушек и прабабушек в жизни ничего не вываливалось, вывалились два больших горшка с двумя нездешними ребятами растительного происхождения!

А «ребята» вывалившись из окна, плюхнулись прямо в Маргаритки! «Ах!» — взвизгнули Маргаритки. «ОЙ!» — взвизгнул совсем не по-королевски Кактус (он же Гималайс Кипарисский Первый). Перекувыркнувшись через собственный горшок, он зацепился Колючками за торчащий из газона корешок и застряв в нелепой для Кактуса позе благоговейно уставился на висевшую в небе Луну. «О…» — многозначительно подумал он. Развить столь обширную мысль ему не удалось: краем уха он услышал загадочный приближающийся свист, потом «БАМС!», а потом очень знакомый голос, дико заголосивший во тьме: «МЕКСИКА-А-А-А!!!!!!» Да, это был Плющ… Приземлившись следом за Кактусом головой в фигурный заборчик он теперь тихо сползал по нему блаженно улыбаясь и озирая окрестности мутным взглядом. Над растительной головой Плюща водили хоровод мультяшные комарики, символизирующие головокружение.

«Я опять в МЕКСИКЕ, дружище!!!» — ещё радостней заорал Плющ, как только увидел торчащего в газоне Кактуса. Кактус сильно удивился… А уж как удивились Маргаритки… Они-то ТОЧНО знали, что это не Мексика, а «дом номер 12»

«Ха! Ха! БАМС! Мы в МЕКСИКЕ!!!» — продолжал между тем Плющ. Он уже вполне сполз с забора и теперь деловито отряхивался, — «Видите? У нас получилось! Я ж говорил вам — у меня богатый опыт!»

«Главное — словить в чём фишка! А фишка в БАМС, мой колючий друг! БАМС! Ха! И в Мексике!!!» — Плющ  подполз к Кактусу и помог ему выбраться из-под корешка…

«О…» – начал было Кактус. Но Плющ все тарахтел как газонокосилка: «Вы принюхайтесь! – он шумно вдохнул в себя ночной неподвижный воздух и закивал на Кактуса, — вот так, полной грудью, Ваше Колючество! Дышите, дышите!!! Вот она – Свобода, вот она, Мексика, вот она, голубушка! Дышите глубже!» – и стал показывать пример. Кактус прилежно засопел. Маргаритки заинтригованно переглянулись и тоже стали активно дышать.

«Признайтесь, Гер Гималайс, что вы почувствовали? А? – Плющ навис над Кактусом. – Скажите мне все, не стесняйтесь своих ощущений! Смелее, я никому не скажу!» «Я… чувствовал… — Кактус попытался сконцентрироваться, — Я… летел, ветер свистел у меня в колючках… А потом…» «БАМС, да? – с надеждой маячил Плющ перед физиономией Кактуса, — БАМС было?» «Было, – скромно признался тот. — А потом, — уже поувереннее заявил он, – были огни, фейерверк… И тут – БАМС! И все!» «О, да, да!!! – ликовал Плющ, – именно так! Мимолетная вспышка озарения, невероятной силы электрический разряд, фантастический калейдоскоп цветов! Вот оно – БАМС!!!»

Маргаритки слушали все это (им даже подслушивать не пришлось, Плющ орал как на митинге) в немом изумлении.

«Я… так что?.. мы… в Мексике?!» — промямлил Кактус, окидывая несфокусированным взглядом местность (он перенес БАМС куда более болезненно, нежели Плющ).

Плющ вместо ответа застыл в позе кобры и торжествующе воззрился на своего царственного приятеля. Потом его взгляд упал на семейку Маргариток. «Бонжур, барышни! – приветственно замахал он девушкам своими веточками. «Зззздрасссти…» — выдавила из себя самая старшая из «девушек». «Я есть Плющ Мозамбикский ибн Аралий, а этот колючий парень рядом со мной, — он кивнул на приятеля, – его Величество Король Гималайс Кипарисский собственной персоной! Мы решили милостиво почтить вашу солнечную (Кактус задумчиво глянул на Луну) страну своим светлым присутствием! У вас есть экслюзивен шанс попасть в нашу свиту! Присоединяйтесь, сеньориты, число вакансий ограничено!»

«Он — больной…» — единодушно подумали Маргаритки, которые все как одна обладали исключительно трезвым и прагматичным складом ума. «А это действительно Мексика?» — исподтишка мысленно вторил им Кактус, косясь то на Луну в небе, то на мусорные баки за углом дома номер 12…

Один только Плющ вряд ли думал что-то вообще… Да и чего думать? Мексика же и все дела!

«Так, — скомандовал Плющ, — первым делом мне нужны бантики! Либе Фройляйн, где тут у вас Бантичная ярмарка? Да, и еще, позовите шляпных дел мастера, это для Гера Его Величества, ведь никак нельзя обойтись в Мексике без шляпы, сами понимаете, о-ля-ля!.. Вашество, — он склонился к Кактусу и понизил голос до заговорщического шепота, — ну, скажите им что-нибудь такое величавое, как вы можете!»

Маргаритки скептически смотрели на это плохо обставленное представление. Каждая в глубине своей цветочной души желала одного и того же (они вообще отличались единомыслием): чтобы этих проходимцев, точнее, выпаденцев, унес ветер и порядочные клумбные жители могли снова уснуть.

«Э-э-э… — сконфузился Кактус (он привык общаться только с «приземленными обывателями», живущими на подоконнике и вот теперь поймал себя на открытии, что абсолютно не знает, как обращаются к жителям солнечной, свободной и прекрасной Мексики). – Как погодка, дамы?» — и на всякий случай расфуфырил колючки.

Дружное молчание в ответ. И тут Плющ, задумчиво почесывающий подбородок (у растений тоже все как у людей!) чихнул.

«К дождичку!» — слаженным хором вдруг грянули Маргаритки. «А?» — не понял Кактус.

И тут пошел дождь… Да еще какой! Настоящий, ночной, проливной, с громом и молнией!

У Кактуса дух захватило от неожиданности. «Что это?!» — ошарашено выкрикнул он, но его слова терялись в грохоте падающей с неба воды и ему пришлось выкрикнуть свой вопрос еще раз. «Нууу… ккккак ваммм ссскказать, многоуважжжжаемый Гимммалайссс, — простучал зубами Плющ (он был не такой толстокожий как Кактус и к тому же – тссс! – дождя ни разу в своей жизни не видел и уж тем более на себе не испытывал, но зато был смекалистым и хаотично наслышанным о том — о сем) – да, это редкий вид мексиканского дождя «Бешеная лейка»! — Ночное небо прорезал зигзаг молнии и взорвался громом. Кактус посинел (да-да, именно посинел, хоть в темноте этого не было видно). «Со спецэффектами…», — сдавленным шепотом добавил Плющ, содрогаясь от ужаса, внушаемого необузданными силами природы. Он прошептал что-то еще, но Гималайс, душа которого ушла в корни от страха, его не расслышал. А сказал он, между прочим, следующее: «Мамочка, забери меня отсюда! Я больше никогда-никогда не буду убегать из дома, клянусь своим хлорофиллом!»

Лишь Маргаритки были привычны к столь неожиданным переменам погоды. На своей клумбе у дома номер 12 они еще не такое видели. Искоса поглядывая друг на дружку, они многозначительно улыбались. Синоптиками они были отменными.

А вот Кактус и Плющ провели самые худшие, зловещие минуты своей жизни. Им казалось, вода с неба никогда не прекратится. Воздух сотрясался от разрядов молнии и грома. К тому же поднялся ветер, он лупил друзей по их избалованным комнатным содержанием бокам и явно норовил сорвать все листья у Плюща, а у Кактуса переломать все колючки. В душе беглецов буйствовал животный ужас, но Плющ все-таки держался и даже что-то думал, а Кактус был готов поддаться истерике.

Нечего сказать, их распрекрасная Мексика оказалась не так уж гостеприимна, как они ожидали.

«Аааа!!! Вашество! Я понял! Понял! Уходите!!! Слышите? Уходите немедленно!» – заорал вдруг Плющ. «Как?! Куда?!» – надрывая голосовые связки перекричал шум дождя Кактус. «Как куда!? В Астрал!» «Ккку-куда?!» «Вы что, не слышали, есть такие — мексиканские Астры…» – мощный раскат грома заглушил последующие слова. «Я не знаю, кто такие мексиканские Астры, я первый раз в Мексике!» — Кактус с трудом сдерживал слезы. Он помнил, что королевские особы не плачут, но как хотелось бы сейчас заголосить!

А Плющ, воздев ветки вверх, стал ритмично раскачиваться и что-то монотонно петь. Потом шумно выдохнул: «Пфууу!»

Дождь прекратился! Плющ так и застыл в «позе Астры» «Ха! Гималайс! Вот это сила! Видали, а?» — Плющ хохотал, хлопал листьями, завывал и пританцовывал от радости.

Кактус боязливо открыл глаза: «Вввсссе?» Луну заволакивала рыхлая туча, свежевымытые мусорные баки за углом мистически фосфоресцировали, Плющ радовался, Маргаритки хранили спартанское спокойствие.

Кактус (совместно с Леной Д.): 1 комментарий

  1. Грешные магистры!.. Неужели это мы писали!? Я вышла из заката, можно продолжать! 😀

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.